Найденному — верить!

Перед отъездом на любое спортивное соревнование журналиста всегда просят рассказать не только о спорте, но и о том, что окружает старты атлетов. Как говорят в таких случаях редакторы, «пиши об атмосфере, о том, что интересно тебе». Когда уезжаешь на Олимпиаду, эта просьба удивительным образом превращается в приказ, который кровь из носу необходимо выполнять. Что ж, попробую.

Рабочий день на Играх начинается накануне. «Как там Вика? — этот вопрос сидит в голове по дороге из баскетбольного «гимназиума». — Надо–надо узнать, как сыграла Азаренко с украинкой Перебийнис». В половине двенадцатого ночи захожу в рабочую комнату в нашей медиа–деревне, чтобы узнать результат теннисного матча, и узнаю, что он еще не закончился. Борьба идет упорная, девушки взяли друг у друга по сету. «Интересно, чем все–таки закончится, — первая мысль. Но пока делаю распечатку расписания «белорусских» соревнований на следующий день, подкатывает, словно змей–искуситель, вторая. — А спать когда? А есть? А зачем?» В общем, в кровать лег после часа ночи. Будильник на семь утра.

Спишь бодро. Ворох мыслей и планов на завтрашний день не дает расслабиться сознанию. Утро. Солнце над Пекином. «Редкое чудо — надо посмотреть». Из–за 27–этажных зданий деревни («Парадокс, не правда ли?») солнце выглядывает так, будто извиняется за то, что вчера пропустило на наши головы моросящий дождик. По Nord star media village уже бегают электрокары. «Еще один хороший признак. В дождь они не ходят, тогда вместо них по узким улочкам деревни ползают, словно жуки, неповоротливые большие автобусы». Коллеги–журналисты потянулись на завтрак. А к тебе в номер уже стучат китайские горничные. Интересные ребята, кстати. В основном мужчины. Улыбаются всегда. Но если собираются ехать на лифте, а к ним подходят журналисты, с нами вместе в лифт никогда не заходят. «Вышколены, как солдаты». А попытку дать чаевые воспринимают как оскорбление…

Путь на завтрак — пять минут. Кормят разнообразно, но не очень вкусно. Вот сегодня ребята за соседним столиком взяли что–то похожее на пельмени, а это оказались креветки, сваренные в тесте. «По мне так креветки на завтрак — это похоже на ночной ужин с привезенным из Минска «шматом» сала». Чересчур оригинально для желудка.

Поел — поехал. В отличие от многих предыдущих Олимпиад шатлы для прессы в Пекине ходят исключительно по расписанию. В каждом автобусе вместе с водителем обязательно едет специальный волонтер. В первые дни в его обязанности входил незаметный пересчет передвигающихся «акул пера» — своими раскосыми глазами по нашим головам этак зырк–зырк. А сегодня, например, пересчета не было. «Устали, наверное». Но разве китайцы способны уставать?..

На въезде в зеленую зону у главного пресс–центра Олимпиады вчера была возможность сфотографироваться рядом с бронетранспортером. «Хорошо еще пушка в чехле». Посмеялся, а потом узнал, что данная техника, а вместе с ней и силы спецназа стянуты к олимпийским объектам и Олимпийской деревне после террористических актов, совершенных на северо–западе Китая. Оргкомитет поспешил заверить, что конкретной угрозы со стороны террористов нет…

Рядом с пресс–центром, в ста метрах ходьбы, фехтовальный зал. В 10 утра там начинается личный турнир саблистов. Первым из белорусов фехтует Валерий Приемко. Его преимущество над египтянином Шайди Талаатом не вызывает сомнений — 15:7. Интернет–трансляция помогает параллельно следить за соревнованиями в стрельбе из произвольного пистолета на 50 метров. «Что ж делать–то?» — это я о складывающейся ситуации. От фехтовального зала до тира езды примерно 50 минут. «Тут впереди бои Лапкеса и Буйкевича, а там после трех стрелковых сессий уверенно идут к запланированному через полтора часа финалу Лукашик и Долгополов». Остаюсь на фехтовании. «Посмотрю на Дмитрия и Сашу, а если Костя и Юра выйдут в решающий этап, то тогда возьму низкий старт». Приемко во втором бою проигрывает олимпийскому чемпиону Сиднея румыну Михаю Ковалиу (9:15). Через 20 минут Лапкес проигрывает корейцу Йон Сук Оху — 8:15. Многолетний лидер нашей команды в этот раз попросту не похож на себя. Он растерян и даже не пытается скрывать это в микст–зоне. Следом идет Буйкевич, который, как и на недавнем чемпионате Европы, выиграл у россиянина Алексея Якименко — 15:9. Саша доволен и говорит о неплохой форме, которую ему удалось набрать к Олимпиаде: «До боя я не знал, как готов, а теперь уверен в своих силах». — «И лидера мирового рейтинга немца Николаса Лимбаха не боишься?» — «Нет».

Вообще–то бесплатный Интернет на Олимпиаде доступен только в Олимпийской деревне. Обещания организаторов предоставить журналистам бесплатный wi–fi оказались блефом. «Никаких тебе вай–фаев. Одни хайвеи». Для всех без исключения представителей СМИ подключение к сети стоит 3.500 юаней, по–нашему говоря 500 «с хвостиком» «баксов». Не испорченные такими командировочными белорусские журналисты долго искали обходные пути, но с проблемой подключения к сети удалось справиться только с помощью руководителей нашей миссии. «Еще раз им спасибо!»

Интернет–трансляция из тира тем временем изумляет. Наших нет в числе финалистов! Они набрали одинаковое количество очков — по 558, но расположились всего лишь на 11–й и 12–й позициях. Обоим для попадания в финал не хватило всего одной «десятки» вместо «девятки». «Юра, что ж ты наделал–то?» Вопрос к Долгополову буквально зависает в воздухе. «Два дня назад брали у него интервью. Тогда нашему стрелку не удалось показать хороший результат в коронной стрельбе из пневматического пистолета. Юрий был очень расстроен и сам говорил, что не верит в хороший результат во вторник. Странно, но лично мне именно тогда вспомнился афинский Дмитрий Лапкес. Как же он хотел победить?! Но как же он был зажат в решающих боях?!» Долгополов подтвердил опасения. Смотрю в протокол соревнований и вижу, что в последней сессии он умудрился набрать всего 88 очков. «Выбей хотя бы 93 — и стоял бы в финале вровень с будущим победителем корейцем Йонг Ох Чжином. Эх, Юра, Юра…»

В 12.50 Буйкевич начинает бой с Лимбахом. Очень нервный поединок. Немец оспаривает каждый полученный укол, а белорусу постоянно мешает рев трибун. «Никогда такого раньше не видел. Обычно на ранних стадиях фехтовальных турниров в зале если и есть зрители, то их немного. И самое главное — их не слышно. А тут каждый поединок китайских саблистов сопровождают такие эмоции, будто присутствуешь на поединке Тайсона и Холифилда». Несколько раз Александр показывал арбитрам, что не может сосредоточиться при таком поведении зрителей. При счете 12:11 ему пришлось поменять саблю. Но победа все равно никуда не делась — 15:14.

В микст–зоне с него льется ручьем пот. Парень заметно устал. Мы пытаемся задавать вопросы, но… «О, ужас! Четвертьфиналы запланированы на 13.20. У Саши всего 10 минут на отдых». Уходим на трибуну…

Как можно оценить произошедшее всего через несколько оборотов секундной стрелки? После боя Буйкевича с Ковалиу будет сказано много. Обращаемся в слух.

Александр Буйкевич: «Я вел бой уверенно. Конечно, теперь жалею, что при счете 10:6 не смог должным образом среагировать на тактическое перестроение соперника. Но это же все не важно, если судья отдавал мои уколы сопернику. Румын стоял как вкопанный, ничего не делал. А победил 15:14… Что тут можно говорить?»

Дмитрий Лапкес: «В конце боя все спорные удары отдавались румыну. Я насчитал четыре таких случая. А вообще должен сказать, что Саша фехтовал отлично. Не сломался, выдержал борьбу до конца. Нас всегда учили наносить удары одним способом, а Ковалиу бьет по–иному. Судьям же, похоже, все равно».

Александр Суримто, тренер нашей сборной: «Обсуждали поединок с немцами и россиянами. Все говорят, что болгарский судья Васил Миленчев попросту засудил Сашу… Наверное, на выступлении Буйкевича сказался цейтнот, в который он угодил после боя с Лимбахом. У Саши немного не хватило сил, чтобы, как мы планировали, растаскивать соперника по дорожке. Жалко. Очень жалко».

Сижу вот теперь, пишу об этом. Расстроен. Пошел бы перекусить, да боюсь, не успею вовремя закончить материал. Схватил в медиа–ложе бесплатный банан и счастлив, как мартышка. Наши тем временем проигрывают в боксе и борьбе. Хаважи Хацыгов уступил молдаванину Вячеславу Гояну по предпочтению судей при счете 1:1. («Неужели за весь бой спортсмены нанесли только по одному удару? Неужели судьи ослепли? А может, поменялись правила, а мы и не заметили?») После первой же схватки в греко–римской борьбе выбыл из соревнований Юрий Дубинин. Дзюдоист Сергей Шундиков провел два поединка, но в обоих уходил с татами, понурив голову. Телетрансляция в пресс–центре, вероятно, не передает всего напряжения борьбы, но другого выхода, как смотреть борцов по ТВ, нет. «В 17.00 на шестом корте теннисного центра матч второго круга проводит Азаренко против австралийки Кейси Делакуа».

И снова автобус. Правда, его еще нужно найти. И найти правильно. Если кто–то подумает, что на нынешней Олимпиаде куда бы то ни было журналист может доехать на попутном шатле, то глубоко ошибется. Из одной зоны нас перевозят в другую, выпускать пассажиров до конечной остановки водители права не имеют. «Один австралиец сегодня просил его выпустить по пути из деревни — бесполезно».

Хорошо Вика Азаренко избавила от томительного боления под открытым пекинским небом. 59 минут, 6:2 и 6:2 — и теперь она уже в 1/8 финала, где ей предстоит играть с Венус Уильямс. А я по–прежнему на корте. Жду нового матча Виктории. Вместе с Татьяной Пучек они должны играть пару против эстонок Кайи Канепи и Марет Эни. Накануне игры затянулись за полночь. «Может, все–таки спать? А может, есть? А зачем?»

На снимке: Виктория Азаренко в матче с австралийкой Кейси Делакуа.

Запись опубликована в рубрике Спорт. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий